Самая большая удача фильма.

Опубликовано Евгений Карпов

Даже канкан органично вошел в рассказ о «душечке» — в немалой мере благодаря блеску его исполнения и тому юмору, с которым он подан. Однако бесспорно самой большой удачей фильма оказался образ «душечки», воплощенный Людмилой Касаткиной с мастерством, проникновенностью и широтой взгляда на свою героиню.

Заставить зрителя осудить «душечку» — нетрудно. А вот сделать так, чтобы зритель мог одновременно сердечно посочувствовать Оленьке, сделать ее интересной, раскрыть для многих неожиданную сложность характера этой провинциальной барышни, наконец, просто приковать внимание зрителя к Оленькиной судьбе на протяжении всего фильма — задача нелегкая, посильная только для очень большой актрисы. Эту задачу Касаткина решает средствами чрезвычайно простыми по внешности. Ее игра — предельно сдержанная, вся сотканная из полутонов, деталей, намеков. Это игра, рассчитанная на сотворчество зрителя. И, что здесь нам еще важнее, на крупный план.

Кажется, что «душечку» узнаешь до конца в первых же кадрах фильма. Касаткина показывает ее милой, весьма недалекой и доброй барышней. Вот выйдет она замуж, обожествит своего Ваничку и будет жить «отраженной жизнью». Что с нее взять — она же «душечка», существо «шаблонное, лишенное резких индивидуальных примет» (3. Паперный). И возникает даже мысль: а стоило ли снимать о ней полнометражный фильм, снимать не о «душе», а о «душечке», говоря словами Паперного.

Стоило! Стоило бы даже ради роли «душечки». Мы вглядываемся в «душечку» — и очень скоро познаем, что ее никак нельзя определить одним словом, например назвать только «отрицательной». И когда приходит это познание, фильм увлекает как тонкий человеческий документ.

Вышла «душечка» замуж за Кукина — и действительно стала жить его жизнью. Стала говорить: «Театр — это самое замечательное на свете», делать замечания актерам и продавать билеты на «Орфея в аду». А потом, после смерти Ванички, вышла замуж за Пустовалова и стала презирать театр, говорить о дороговизне и продавать кругляк и решетник. Смешно и нелепо? Да, смешно, но еще более — грустно. Дело ведь в том, что при всех своих смешных сторонах «душечка» своей добротой, душевной щедростью и честностью все время поднимается над теми, чью жизнь отражает, над своими «положительными» мужьями.




Оставьте комментарий