Музыка и телевидение.

Опубликовано Евгений Карпов

Музыка и телевидениеВ заключение нам хотелось бы подчеркнуть, что проблема экранизаций для телевидения — не только эстетическая, но прежде всего практическая, деловая. Сколько места могут занимать в передачах различные документы? Пятьдесят процентов? Семьдесят? Девяносто? Все оставшееся время достанется экранизациям. Ибо в обозримом будущем нет никакой надежды на появление «телевизионных писателей» — никто их не готовит, никто о такой работе и не думает. Значит -поиски точных критериев, полной ясности того, что можно и чего нельзя; значит — овладение, не будем бояться этого слова,- ремеслом экранизации.

В отличие от кинематографа, родившегося немым, телевидение появилось на свет звучащим. Оно счастливо могло избежать того периода, который в кино проходил бренчание расстроенных роялей. Казалось, перспективы открываются сказочно-манящие: лучшие симфонические оркестры, знаменитейшие музыканты, оперные кумиры, звезды эстрады будут услаждать вас прямо в вашей комнате. Однако после первых восторгов от самого факта, что вы, сидя у себя дома, видите «живьем» музыкальные знаменитости, пришло разочарование, которое становилось все более и более сильным.

Перенесясь из концертного зала на голубой экран, симфоническая музыка потеряла свою прелесть, как ковер, перевернутый наизнанку. Изображение на экране превратилось в какую-то заслонку, которая «гасит» звуки, лишая их полноты и силы. Там, в зале, вы ощущали беспрерывное движение музыки. Симфония представала в острых конфликтах. В инструментальном концерте солист и оркестр, чье «соревнование» и составляет «драматургию» музыки, то противостояли друг другу, то соединялись в полной гармонии. На экране все это сковано, словно льдом. Сложная жизнь музыки остается в концертном зале, за пределами телевизора. Зрелищность телевидения стала для музыки губительной.

Еще хуже обстоит дело с оперой. На телевизионном экране оперы большого трагического накала стали аморфными и скучными. Оперные певцы, попав на голубой экран, воскресили воспоминания о мелодраматических страстях немого кино. Вместо великолепия интерьеров и мощи многометровых крепостных стен на экране предстало что-то фанерно-матерчатое и жалкое. Вместо степных просторов — теснота и захламленность.




Оставьте комментарий